Опубликовано на открытой версии “Позірку“ 10 февраля 2026 года в 10:36
Белорусский валютный рынок в последние годы держится не только на решениях Национального банка и внешней конъюнктуре. Все заметнее роль населения, которое в последние годы продает иностранной валюты больше, чем покупает — и тем самым становится одним из ключевых амортизаторов валютной стабильности.
Парадокс в том, что это происходит на фоне высоких доходов жителей страны. Если раньше рост зарплат часто означал повышение спроса на доллар как на личную страховку, то теперь все чаще наблюдается обратная логика.
Что стоит за таким разворотом и насколько стабильность внутреннего валютного рынка держится на новой тенденции?
Январь-2026: тренд продолжается
Свежая статистика внутреннего валютного рынка от Нацбанка за январь 2026 года показывает, что поведение физических лиц остается прежним: они остаются чистыми продавцами иностранной валюты.
По данным Нацбанка, в январе 2026 года:
- покупка — 995,2 млн долларов;
- продажа — 1 млрд 40,1 млн
- сальдо — минус 44,9 млн (то есть продажа превышает покупку).
Важно и качество этого результата: по наличной валюте население выступает чистым продавцом (минус 160,5 млн долларов), по безналичной — наоборот, чистым покупателем (плюс 115,5 млн).
По сути, формируются два поведенческих трека: в “наличном” сегменте люди чаще разгружают валютные запасы и конвертируют их в рубли, тогда как в “безналичном” — усиливают позиции (для расчетов, сбережений и более удобных операций). При этом общий итог остается в пользу продаж, так как объем реализации наличной валюты заметно превышает цифры по безналичной. Именно поэтому физлица в сумме сохраняют статус чистого поставщика валюты на внутренний рынок.
Статистика января 2026 года не выбивается из общей картины. В последние годы баланс сложился вполне однозначный:
- 2023: сальдо физлиц — минус 0,29 млрд долларов;
- 2024: минус 1,70 млрд;
- 2025: минус 1,63 млрд.
То есть население стало системным источником предложения валюты. На макроуровне это означает, что важная часть валютной устойчивости белорусской финансовой системы в целом формируется снизу — через поведение граждан.
Почему это важно для макроэкономики
Покупать или продавать валюту — дело личное, однако в сумме эти операции превращаются в заметный рыночный поток и начинают существенно влиять на ключевые тенденции всей экономики.
Во-первых, такой баланс спроса и предложения уменьшает “нервозность” курса валют. Когда физлица стабильно продают больше, чем покупают, это снижает риск резких перекосов на рынке и облегчает Нацбанку задачу сглаживания курсовых колебаний. Иными словами, население своим чистым предложением валюты работает как “стабилизатор” — особенно в периоды, когда внешние потоки могут быть изменчивыми.
Во-вторых, нынешний статус-кво дает возможность накапливать резервы путем чистой покупки валюты. Когда на рынке есть устойчивое предложение валюты, Нацбанк может выкупать излишек и направлять его в “кубышку”. Во многом рост золотовалютных резервов в 2025 году был связан с такими покупками регулятора, и чистыми продавцами выступили население и нерезиденты.
Однако у тенденции есть и мрачная сторона. То, что население продает валюту, не означает, что у людей стабильно много свободных денег, что они просто избавляются от излишков, не верят в доллар или резко полюбили белорусский рубль.
Для части домохозяйств продажа валюты — это скорее способ поддержать привычный уровень потребления. Когда текущих рублевых доходов не хватает, в ход идут долларовые накопления или поступаемая валюта (и, судя по структуре, часто именно наличная). Вот ее и продают, чтобы получить рубли на повседневные расходы. Это означает, что немалая часть предложения может быть не признаком благополучия, а механизмом латания финансовых прорех.
Белорусы зарабатывают за границей, а тратят на родине
Провести в Беларуси независимое и заслуживающее доверия исследование на предмет “валютного поведения” населения сегодня крайне сложно. Даже если такие исследования есть, их результаты вряд ли становятся публичными и доступными для обсуждения. Поэтому остается опираться на косвенные данные и оперировать все больше гипотезами.
Сразу обратим внимание, что, по оценкам ООН, в 2024 году за пределами Беларуси проживало около 790 тыс. граждан страны. С высокой вероятностью можно предположить, что за 2025-й эта цифра не снизилась — скорее, отток продолжился, пусть, возможно, и более медленными темпами.
Это величина сопоставима с 9% населения, то есть примерно каждый двенадцатый белорус живет вне родины. Логично ожидать, что часть доходов мигранты пересылают родственникам в Беларусь. На макроуровне соответствующая статистика иногда подсчитывается. Например, Нацбанк Польши в своих опросах фиксирует, что треть проживающих в стране белорусов поступают именно так. В 59% случаев последний перевод составлял около 1.000 злотых (около 280 долларов).
Представляется важным и то, что по целому ряду причин часть жителей Беларуси переводит валютные сбережения в банках либо в рубли, либо просто тратит их, конвертируя опять-таки в рублевую ликвидность. Мотивы здесь вполне рациональны. Рублевые депозиты нередко выглядят заметно привлекательнее по процентным ставкам, тогда как по валютным вкладам доходность может быть минимальной (иногда банки фактически перекладывают на вкладчика часть издержек хранения валюты через комиссии и “платные” условия обслуживания).
К этому добавляется фактор доверия: у населения сохраняются опасения, что в период очередных “черных лебедей” — на валютном рынке или в экономике в целом — доступ к валютным инструментам может оказаться ограниченным.
При этом далеко не все средства из валютных вкладов уходят напрямую в рублевые депозиты или потребление. Существенная часть выходит и на внутренний рынок: валюту снимают или продают, формируя то самое устойчивое предложение со стороны населения.
Важно учитывать и то, что немалое количество белорусов, даже оставаясь в стране, зарабатывает за рубежом — например, работая удаленно. Их доходы также увеличивают приток валюты и в конечном итоге влияют на финансовое поведение граждан.
На бытовом уровне это может выглядеть так: валюта, которая поступает из-за границы или высвобождается с валютных счетов, в Беларуси конвертируется в рубли для повседневных расходов. И тем самым увеличивает продажи физлицами долларов или евро.
Неустойчивая стабильность как новая ненормальность
Даже если текущая конфигурация внутреннего валютного рынка выглядит устойчиво (в том числе за счет действий населения на рынке), она может быть устойчивой только до поры — пока сохраняются специфические причины, которые ее подпитывают:
- миграционные доходы и трансграничная поддержка семей зависят от рынков труда стран пребывания, правил легализации и личных стратегий людей;
- активность нерезидентов и “серые” маршруты зависят от санкционного режима, контроля и транзакционных издержек;
- внутренний спрос на валюту может быстро вернуться при изменении ожиданий (инфляционных/курсовых/политических), даже если номинальные доходы высоки.
Отсюда и главный вывод: белорусский валютный рынок сегодня — это баланс, который во многом держится на адаптационном поведении общества и частного сектора, а не на структурной силе экономической модели в целом.
И в этом смысле мы наблюдаем устойчивость особого типа — устойчивую неустойчивость: финансовая система работает, пока работают не самые надежные и многочисленные подпорки.
