Опубликовано на открытой версии “Позірку“ 12 апреля 2026 года в 13:05
Желание белорусских и российских властей создать “обновленную версию“ советского прошлого все чаще проявляется в неожиданных аналогиях. Иногда вместе с желаемыми чертами плановой стабильности возвращаются и побочные эффекты позднесоветской эпохи — те самые, над которыми когда-то шутили и которые в итоге стали символами системного кризиса.
В советское время бытовала практика ездить за дефицитом, когда жители менее обеспеченных городов, регионов выбирались в центр, лучше всего в Москву (пресловутые “колбасные электрички“). Сегодня уже жители российской столицы обсуждают возможность переехать в Беларусь ради свободного интернета.
За этой на первый взгляд трагикомической ситуацией скрываются гораздо более глубокие процессы, чем просто различия в уровне цифровых ограничений.
Как режим Лукашенко подрезал крылья ИТ-сфере
Между тем уже сама логика подобных “цифровых кочевников“ выглядит символично. Сегодня ситуация переворачивается, но подобные исторические рифмы редко бывают случайными.
Немного предыстории. После февраля 2022 года — нападения на Украину — по России начали постепенно распространяться ограничения на интернет-связь, цифровые сервисы и информационное пространство. Причем долгое время эти изменения сильнее ощущались в регионах, тогда как жители крупнейших мегаполисов — прежде всего Москвы — сталкивались с ними значительно меньше.
Это создавало у населения больших городов иллюзию устойчивости цифрового комфорта, им даже гордились. Однако как только подобные ограничения стали заметны и столичным пользователям, Москва засуетилась. В частности, кое-кому стала представляться едва ли не цифровым раем соседняя Беларусь.
Понятно желание сохранить привычный цифровой комфорт. Но стоит иметь в виду закономерный процесс — сближение цифровых траекторий двух авторитарных режимов.
На первый взгляд может показаться, что Беларусь действительно сохраняет больше цифровых свобод. Да, российская цифровая сфера, ИТ-индустрия значительно крупнее, богаче и технологически более развиты. Однако в Беларуси ранее уже проявился феномен гибкости малой экономики.
В свое время здешняя ИТ-индустрия сумела в короткие сроки продемонстрировать впечатляющую цифровую трансформацию. Она стала одной из ключевых историй успеха национальной экономики.
Однако после августа 2020 года эта цифровая трансформация была принесена в жертву политическому самосохранению режима. И тогда начался процесс закручивания гаек в ИТ-сфере, ограничения свободы интернета и давления на цифровой сектор.
В российском случае аналогичные процессы развернулись позже, но траектория оказалась удивительно схожей. В этом смысле белорусское общество действительно словно смотрит авторитарный сериал на несколько сезонов вперед. То, что Россия проходит сегодня, Беларусь во многом уже пережила ранее. Хотя кое в чем Кремль, действительно, стал даже опережать союзника в плане подавления интернета.
“Суверенный интернет“ ведет к деградации
Итог такой политики властей также оказывается похожим. То, что еще недавно было предметом экономической гордости, — развитая цифровая индустрия, ИТ-сектор, инновационные сервисы — постепенно превращается в пример того, как быстро может разрушаться цифровая экосистема.
Причины этого лежат в двух фундаментальных противоречиях.
Во-первых, современная цифровая экономика не может эффективно развиваться в условиях так называемого “суверенного интернета“. Цифровые сервисы по своей природе глобальны. Они требуют взаимодействия с внешним миром, обмена технологиями, доступности международных платформ и рынков. Попытки изолировать цифровую сферу неизбежно приводят к ее деградации.
Во-вторых, цифровая экономика тесно связана с креативностью. А креативность напрямую зависит от свободы — свободы мышления, общения, экспериментов. В условиях авторитарных систем такие свободы неизбежно ограничиваются. В результате цифровая сфера постепенно перестает быть пространством инноваций и вырождается в новый инструмент контроля.
Цифровые свободы трансформируются в свою противоположность — в своего рода цифровой полицейский браслет. Причем его форма, белорусская, российская, иранская или китайская, может различаться, но суть остается неизменной.
В этом смысле москвичи, которые рассматривают возможность переехать в Минск, чтобы “подышать цифровыми свободами“, могут столкнуться с неожиданным эффектом. Если условный цифровой браслет натирал на правой руке, то при переезде он может оказаться на левой. И мешать будет точно так же.
Хрен редьки не слаще
По сути, цифровые свободы в Беларуси остаются весьма условными. Да, власти на днях “блеснули либерализмом“: дали понять, что пока не будут блокировать “Ютуб“.
Но при этом здесь уже давно криминализировано не только создание, но и чтение запрещенного контента. Причем трактовка такого контента может быть настолько широкой, что фактически исключает внятные границы допустимого.
Пользователи вынуждены постоянно держать в голове своеобразные “белые списки“ допустимого контента. Если в российском случае такие списки формализованы, то здесь они существуют в виде негласных правил, нарушение которых может трактоваться весьма произвольно.
В обоих случаях пользователь вынужден сам додумывать, что будет являться нарушением. А истина, как известно, в глазах смотрящего, причем в данном случае — “товарища майора“, просматривающего историю вашего браузера.
Еще одна любопытная деталь — возможность полного отключения интернета. Это гости из соседней страны тоже должны учесть. В Беларуси такие прецеденты уже были. Достаточно вспомнить такое отключение в дни массовых протестов 2020 года.
В результате у новых гостей Беларуси может возникнуть когнитивный диссонанс. Да, здесь работают западные цифровые сервисы, сохраняются относительно неплохой онлайн-банкинг и электронная коммерция — но при этом возможны самые неожиданные ограничения, которые по своей логике напоминают позднесоветские методы управления информацией.
Режимы Владимира Путина и Александра Лукашенко, в принципе, действуют в подобной логике, распространяя ее и на новую, цифровую реальность.
Так что переменой адреса — переездом из Москвы в Минск — цифровую свободу себе не обеспечишь. Здесь, как в старом анекдоте, всю систему менять нужно. Что белорусы и попытались сделать в 2020 году.
