2 октября Александр Лукашенко отработал свой старый номер: клялся в верности России. “Мы никогда не были предателями“, — заявил правитель, встречаясь в Минске с главами делегаций — участников заседания Евразийского межправительственного совета.
Но дьявол кроется в деталях. Лукашенко де-факто подтвердил предположение независимых аналитиков, что ему приходится дискутировать с хозяином Кремля в вопросах войны против Украины.
“Я президенту Путину открыто об этом сказал: у меня есть свое понимание отдельных аспектов конфликта в Украине“, — сказал белорусский автократ премьерам стран ЕАЭС. И добавил для баланса: “…Но мы всегда будем привержены нашему общему курсу“.
Далее он напомнил: я, мол, еще в первые дни конфликта в Украине прямо заявил о том, что Беларусь никогда не позволит стрелять в спину России.
Этим патетичным тезисом он прикрывает свое нежелание посылать белорусских солдат на войну. Дескать, надо же прикрывать русских братьев от вероятного удара вероломных натовцев.
Показательна еще одна оговорка хозяина встречи: “Мы ваши друзья, и вы можете на нас рассчитывать. Даже в самые сложные времена, даже тогда, когда нам, может быть, не очень выгодно (выделено мною. — А.К.)“.
Потом прозвучало: “Не только россияне, русские люди, но и все вы для нас не чужие“. Однако почему-то кажется, что пассаж о ситуативной невыгодности дружбы прежде всего касался именно Москвы, из-за которой Минск оказался соагрессором и попал под санкции.
Путин на “Валдае“: калининградская тема
Вдобавок Лукашенко поддержал прозвучавший днем ранее на заседании Международного дискуссионного клуба “Валдай“ тезис Владимира Путина о том, что мир подошел к решающему, поворотному моменту развития, а человечество вошло в абсолютно новую реальность.
“Мир сейчас очень серьезно меняется. Очень серьезно. И то, что мы сегодня запланировали, завтра уже может быть невозможно. В силу изменяющихся условий в нашем этом бешеном мире“, — пустился в рассуждения Лукашенко.
Отметим, что на Западе многие восприняли заявления Путина на “Валдае“ как тревожные.
Тот вроде как говорил о готовности к мирным переговорам по Украине. Но из контекста вытекало, что он готов договариваться только на своих условиях. А именно: чтобы украинцы сдали весь Донбасс, чтобы их страна была нейтральной (читай: не вступала в НАТО), чтобы гарантировалось положение русского языка, Русской православной церкви и т.д.
Однако еще тревожнее вот этот пассаж: “Если речь дойдет до прямого нападения на Российскую Федерацию, в данном случае имеется в виду Калининград, но, может быть, и другие какие-то территории, конечно, в повестке дня неизбежно и немедленно появится вопрос применения Российской Федерацией всех вооружений, имеющихся в распоряжении нашей страны“.
Проще говоря, российский властитель грозит ядерным оружием. Да, это подается как вариант обороны. Но ведь на том же “Валдае“ Путин и полномасштабную войну против Украины обрисовал так: “Это не мы хотели и не мы начали воевать, а с нами начали воевать“.
Сейчас Кремль начал раздувать тему вероятной блокады калининградского эксклава. На днях Москва направила НАТО дипломатический документ, в котором заявила, что располагает информацией о подготовке альянса к воздушной и морской блокаде Калининградской области. И тогда, мол, Россия готова применить “весь арсенал сил и средств“, включая ядерное оружие.
Из-за чего сыр-бор? Во-первых, Москва обсасывает еще майское высказывание министра иностранных дел Литвы Кястусиса Будриса о том, что “НАТО в случае необходимости имеет возможность сравнять с землей российские системы ПВО и ракетные базы“ в Калининградской области“.
Во-вторых, идет спекуляция вокруг того, что Североатлантический альянс наращивает присутствие в балтийском регионе. И в частности, проводит учения, во время которых отрабатывает сценарии возможного конфликта с Россией. Понятно, что в легенде таких учений фигурирует и стратегически важный калининградский анклав.
Если Москва захочет перерезать Сувалкский коридор, Минску не отвертеться
Выступая на “Валдае“, Путин заявил, что центральной угрозой для мира является разрушение прежней системы международных правил. Лукашенко, поддерживая валдайские тезисы “старшего брата“, конечно же, умолчал о том, что разрушителем международной системы безопасности выступила прежде всего Россия.
Но Лукашенко не может не понимать: то, что Москва сейчас нагнетает тему опасности для Калининграда, сулит большие риски для Беларуси.
Ведь при желании (опыт велик) россияне могут организовать провокацию под чужим флагом: проклятые супостаты покусились на родную Калининградчину. А тогда Москва якобы в оборонительных целях может задействовать сценарий, который не мусолил только ленивый: перерезать Сувалкский коридор — узкую полоску земли между Литвой и Польшей.
И в этом сценарии Беларусь неизбежно втягивается в конфликт просто в силу своей географии.
Да, пока такое развитие событий маловероятно. Но и в 2022-м многие не верили, что Путин решится на “блицкриг“ против Киева.
Правитель Беларуси хочет поймать на крючок американский бизнес
Между тем Лукашенко, в отличие от Путина, довольно далеко продвинулся по американскому треку. И он не просто ради экономической выгоды предлагает американцам купить калийный актив. Чем сильнее будут бизнес-интересы США в Беларуси, тем больше у Лукашенко возможностей создавать противовес российскому давлению.
Именно в этом контексте стоит рассматривать и то, что Лукашенко предложил американцам подключиться к строительству в Беларуси азотного комбината.
“С Владимиром Владимировичем [Путиным] договорились, что “Газпром“ подключится у нас к реализации проекта по строительству азотного комбината. Надо американцам предложить. Они хотят удобрения — азотные в том числе — пожалуйста, давайте вместе построим. У нас уже площадка подобрана, все сети существуют”, — заявил правитель 29 сентября на встрече в Минске с губернатором Ульяновской области Алексеем Русских.
Лукашенко наверняка просчитывает и политическую перспективу. Если американский бизнес войдет в калийную, химическую и другие отрасли белорусской экономики, то интерес США к Беларуси не пропадет и после ухода Трампа. А значит, можно будет надеяться на некую протекцию Вашингтона.
Но, во-первых, не факт, что американцы так сильно заинтересуются предложениями автократа. Во-вторых, в любом случае привязка к России настолько сильна, что перспективы внешнеполитического балансирования Минска весьма проблематичны.
Это наверняка осознаёт и Лукашенко. На сегодняшней встрече, как представляется, с ноткой обреченности прозвучало: “Если вы, руководство России, примете решение, мы всегда будем с вами…“
