
Уходящая на тысячи километров за горизонт Атлантика, потрясающая кухня, колоритная архитектура и достойный сервис — Португалия и ее столица Лиссабон не зря в топе туристических направлений в Европе.
Для белорусов город, популярный у туристов со всего мира, величественно замерший на семи холмах у слияния реки и океана, — как книга, доступная практически без перевода.
Ее легко читают несколько тысяч наших соотечественников, осевших здесь после 2020 года: программисты и журналисты, предприниматели и художники, молодые семьи с детьми, рожденными уже под португальским небом.
Эта книга понятна и тем, кто приезжает на короткое время, что называется, полистать.
Прогулка по Лиссабону — это всегда больше, чем туристический маршрут. Особенно если держать в уме, что пережили город и страна.

Здесь играл звездный БАТЭ
Но сначала — экскурс в недавнее прошлое. Одному из авторов этого текста в сентябре 2009 года посчастливилось слетать с борисовским футбольным клубом БАТЭ на матч группового раунда Лиги Европы УЕФА против лиссабонской “Бенфики“. Параллельно из Борисова в столицу Португалии через всю Европу — а это около 4 тыс. километров — был организован автобус с болельщиками и другими журналистами. Один из них встретил борт в аэропорту. Со словами “здесь сегодня бесплатный проезд“ (в честь Европейской недели мобильности) он безапелляционно потребовал поехать с ним осваивать город, который в ожидании прилета команды уже успел осмотреть и впечатлиться.
Мы ходили практически без остановки, невзирая на крутой рельеф и усталость. Коллега, обладающий энциклопедическими знаниями, все говорил и говорил о Лиссабоне, о котором читал до поездки и который читал глазами уже без посредников — авторов путеводителей. Воспользовались журналистскими удостоверениями и бесплатно (либо со скидками — уже и не вспомнить) посетили несколько музеев, а также знаменитую башню Белен (Torre de Belém), построенную в 16-м веке в честь открытия португальцем Васко да Гамой морского пути в Индию.
А вечером на стадионе “Эштадиу да Луш“ (Estádio da Luz, в переводе — “Стадион света“) БАТЭ проводил предматчевую тренировку. Немало поездивший по миру хозяин клуба Анатолий Капский вышел на зеленый газон и с блаженной улыбкой произнес: “Вот это страна, в которой хочется жить“. Может, и жил бы сейчас, если бы не безвременная кончина в 2018-м…
БАТЭ тогда проиграл 0:2, и, кажется, это было одно из очень немногих поражений, которое Капского не сильно расстроило.

Saudade и журба
В следующий раз одному из нас в Лиссабон удалось попасть в 2014 году, когда столица Португалии принимала финал футбольной Лиги чемпионов. Тогда было время не только игру посмотреть, но и основательнее изучить как город, так и его жителей. Общих черт характера оказалось гораздо больше, чем различий.
Первое, что бросилось в глаза: у местных, как и у нас, нет комплекса величия, превосходства над другими. В тебе видят равного. И тебя сначала изучают и только потом открываются.
Португальцы, как и белорусы, склонны рефлексировать, а не эпатировать. Они своего рода хуторяне, которые, однако, живо интересуются окружающим миром. Этот мир на протяжении веков был жесток к ним.
В португальском языке есть слово saudade. Оно не переводится однозначно: это что-то между тоской, ностальгией и острым ощущением того, чего больше нет. Философы называют его ключевым словом португальской души, важным элементом местного менталитета.
Белорусам это слово понятно без долгих объяснений. Ведь в родном языке есть практически эквивалент saudade — журба.
Как когда-то португальцев, так и сейчас белорусов гложет тоска по безвозвратно потерянному времени, которое украла диктатура. В Португалии ее построил экономист (и по совместительству юрист) Антониу ди Салазар, в Беларуси — экономист (и по совместительству историк) Александр Лукашенко, который по длительности правления через четыре года (если ничего не изменится) догонит “коллегу“.

Белорус португальцу — свой
И все же в вопросе изучения местного менталитета, равно как и города, лучше довериться глазу и уху не туриста, а человека, уже здесь пожившего.
Наш соотечественник, назовем его Сергей, в Лиссабоне живет уже больше четырех лет. Занимается компьютерным дизайном, что как раз предполагает мышление сравнениями и образами.
“Мне португальцы сразу чем-то напомнили белорусов. До сих пор не могу понять, какая именно часть характера напоминает об этом, но для себя решил, что это общая травма диктатуры. Еще они добрые и отзывчивые и приятно отличаются от более шумных и поверхностных испанцев. Люди севера Португалии могут казаться более грубыми и прямолинейными, выходцы из бывших колоний — более открытыми и веселыми“, — отмечает наш собеседник.
LX Factory — “Октябрьская по-лиссабонски”
Есть в Лиссабоне, под двухкилометровым красным мостом 25 Апреля (Ponte 25 de Abril), ранее носившим имя Салазара, место, которое покажется белорусам до боли знакомым, особенно если они в столице Португалии впервые. Это LX Factory, бывший текстильный завод XIX века, превращенный в культурный квартал. Или, как по-научному выражается Сергей, “джентрифицированный район“.
Здесь коворкинги соседствуют с галереями, рестораны — с мастерскими, а книжный магазин с самым большим в Лиссабоне выбором литературы занимает пространство бывшего цеха. Прямо минская улица Октябрьская в свои лучшие времена, не меньше.
LX Factory — место, которое любит диаспора, и неважно, какой эти люди национальности. Здесь чувствуешь себя частью города, не будучи обязанным в него встроиться. Можно работать, встречаться, слушать музыку, наслаждаться традиционным португальским десертом паштел-де-ната (pastel de nata) за столиком на улице — и при этом говорить на белорусском, украинском, русском, и никто не обернется.

Сходство на уровне чувств
Все аналогии между главными достопримечательностями и локациями Лиссабона и Минска будут очень натянутыми, все же слишком разная история и культура, подчеркивает наш соотечественник. “Но по функциям и ощущениям сходство есть”, — уточняет он.
Алфама (Alfama) — едва ли ни единственный исторический район Лиссабона, уцелевший после землетрясения 1755 года. Это лабиринты средневековых узких улочек на холме, к подножью которого по реке Тежу (Tejo) каждый день прибывают огромные туристические лайнеры. Тежу — большая судоходная река, на которую все больше наступает соленая вода океана. В ней можно встретить дельфинов, огромных медуз, иногда заплывают киты. В Минске похожим по духу местом могли бы быть Троицкое предместье со Свислочью и Верхний город, проводит параллель Сергей, в свое время изучивший каждый закоулок белорусской столицы.
Торговая площадь Лиссабона (Praça do Comércio), она же Дворцовая (до землетрясения 1755 года на ее месте был дворец Рибейра) — одна из самых больших в Европе площадей, место убийства предпоследнего короля Португалии Карлуша I в 1908 году.
“Она похожа на Октябрьскую площадь: такая же пустая и в плитке“, — выносит вердикт собеседник.

Площадь, которая помнит всё
Начать путешествие по Лиссабону обычно советуют отсюда — с площади Россиу (Praça do Rossio, она же Praça de D. Pedro IV), главной площади Лиссабона, мощеной черно-белой брусчаткой calçada portuguesa, образующей эффект волнистого узора или “падающих волн”.
Сергей видит сходство с минской площадью Независимости: “Центральная, представительская городская площадь. Место встреч, транспорта, архитектурный фасад столицы. Хотя Россиу намного старше и живее как пешеходное пространство, она уютная, тогда как площадь Независимости — более монументальна и несоразмерна человеку”.
Фонтаны, трамвайчики, кафе с плетеными стульями на улице, туристы-одиночки и небольшие экскурсионные группы. Все это существует здесь десятилетиями, а что-то и веками, и в этом постоянстве есть что-то почти неприличное — особенно если знать, что именно на этой площади и в кафе вокруг нее разворачивались трагические сцены европейской истории.
В средневековье здесь казнила евреев и еретиков инквизиция. А 1940-41 годах, когда нейтральная Португалия оказалась единственным местом в Западной Европе, откуда можно было сесть на пароход и уплыть в Америку, Бразилию, Канаду и другие безопасные точки на планете, именно сюда шли десятки тысяч еврейских беженцев из Германии, Австрии, Нидерландов, Польши, спасавшихся от нацистской оккупации.
На Россиу из уст в уста передавались слухи о визах, свободных местах на кораблях. Здесь не просто пережидали беду, здесь ждали спасения. Пожалуй, в этом есть необыкновенно сильный символизм для современных белорусов, которые ждут лучших времен.
Сегодня на Россиу пьют кофе туристы и местные, голуби клюют крошки у фонтанов, работают старейшие в городе аптеки и табачные лавки. Ничто не указывает на то, что здесь происходило. Но если знать — площадь смотрит на тебя иначе…
Байрру-Алту — Зыбицкая здорового человека
И еще штрихами о сходстве двух столиц от наблюдательного Сергея.
Район Белен (Santa Maria de Belém) с его парками и музеями немного напоминают проспект Победителей.

Ресторанный район Байрру-Алту (Bairro Alto) на высоком холме — “Зыбицкая здорового человека“. Но при этом в Лиссабоне, как, собственно, во всей Португалии, есть то, чего, увы, нет в Минске: “Здесь очень много семейных бизнесов, ресторанов, парикмахерских, в которых работают целыми поколениями люди одной семьи. Они десятилетиями, столетиями работают под одной и той же вывеской, поэтому, гуляя, можно встретить все, от деревянных резных вывесок 18-го века, неона 1930-х годов и ар-деко до модернизма“.
Замок святого Георгия (Castelo de São Jorge) — видимый символ древнего города, увы, не имеет аналога в белорусской столице, где Минское замчище не сохранилось. Однако некоторые административные здания середины прошлого века очень похожи на белорусские.
А парк Мира в Алмаде (Parque da Paz), которая входит в агломерацию Большой Лиссабон, “доставал из памяти воспоминания о Слепянской водной системе“, говорит Сергей и предлагает взглянуть вот на это фото.

Ларгу-ду-Карму: руины как памятник
Если подняться на холм Байрру-Алту, попадаешь на небольшую тихую площадь — Ларгу-ду-Карму (Largo do Carmo). Здесь стоит готический монастырь кармелитов, построенный в XIV веке и разрушенный тем же землетрясением 1755 года. Здесь ничего не восстанавливали. Неф церкви до сих пор стоит без крыши — открытый небу, поросший травой между плитами. Во многих странах памятниками важным событиям становятся разрушенные святыни, которые просто не стали восстанавливать.
Это место помнит и другое событие, которое при ближайшем рассмотрении непременно отзовется у белорусов чем-то родственным, очень своим. 25 апреля 1974 года в Португалии произошла мирная революция. Здесь военные выбрали вместо пуль цветы, как когда-то призывали яркие плакаты на улицах летнего Минска-2020. Здесь почти бескровно рухнула португальская диктатура — такой вот идеальный сценарий протестов, которые кому-то однажды удались.
“Революция гвоздик” стала, пожалуй, самым красивым политическим событием XX века, ведь диктатура пала не от бомб, а от цветов, и белорусы могут с гордостью говорить о том, что тоже пытались. Португалия помнит о своей победе над злом: каждый год 25 апреля здесь отмечают День свободы. В стране, которая знает, что такое десятилетия без выборов и свободной прессы, слово “свобода” имеет особое значение, и белорусы понимают это как никто.
Период правления Салазара в Португалии называется Estado Novo (“Новое государство“). Он оставил много инфраструктурных объектов, но ни один однозначно не связывается именно с желанием и инициативой диктатора.
Режим Салазара поддерживал тесный союз государства с церковью и использовал образ католической и мирной Португалии для своей легитимации (ничего не напоминает?). Поэтому монумент Кришту-Рей (Cristo Rei) — “Христос, почти как в Бразилии“, расположенный в Алмаде недалеко от моста 25 Апреля, — это визуальный символ культурно-религиозной атмосферы “Нового государства“, но его создание инициировали епископы, а не лично Салазар.
Главное наследие — не ностальгия по “португальскому порядочку“, а память об авторитарном государстве, однопартийности, цензуре, политических судах, слежке и репрессиях, колониальных войнах, подчеркивает Сергей.
Пригласительный билет
Лиссабон предлагает тем, кто оказался здесь не по плану на подольше или по плану с экскурсией: не ассимиляцию и не гетто, а что-то третье. Право быть собой в чужом городе, который со временем — и неважно, как надолго вы в нем, — перестает быть чужим, потому что слишком много параллелей, слишком много общего, несмотря на расстояние и какую-то парадоксальность всех этих совпадений.
Лиссабон — город, который многое успел и научился жить, приняв свой опыт и образ. Он помнит беженцев военного времени и революционеров с гвоздиками. Он принял тысячи людей, которые уехали из разных мест по разным причинам, и сделал из них что-то вроде отдельного явления — “лиссабонцев поневоле”. Он принимает тысячи и тысячи туристов, жаждущих впечатлений и красивых фото.

Лиссабон — это город, где португальская saudade тесно переплетается с белорусской журбой — и разве можно перевести эти слова, высеченные на сердце поколений?
Здесь 25 апреля — настоящий праздник, как наше 25 марта, праздник, в котором столько смысла, что иногда рассказать о его важности несведущему так сложно, что не хвататет слов.
В этом городе белорусский опыт находит неожиданные отражения почти на каждом шагу, а значит, побывать в нем — определенно must do.
Почувствовать это можно самостоятельно. Но лучше — с проводником, который знает город изнутри. И мы это постарались показать на примере одного из наших многочисленных соотечественников, влюбившихся в Лиссабон.
My Portugal Moments — это туристическая компания, основанная белорусами, тоже живущими в Лиссабоне. Для них самих Португалия стала не просто туристическим направлением, а новой точкой отсчета в жизни. Они знают, где лучший паштел-де-ната и как называется вон тот переулок, почему он важен и что о нем надо знать. Но главное: они понимают и видят город не как декорацию для красивых фото, а как место, полное смыслов. В общем, заходите:
🔹Website: https://myportugalmoments.pt
🔸Facebook: https://www.facebook.com/myportugalmoments/
🔸Instagram: https://www.instagram.com/myportugalmoments
🔸TikTok: https://www.tiktok.com/@myportugalmoments
🔸LinkedIn: https://linkedin.com/company/my-portugal-moments
🔸YouTube: https://www.youtube.com/@MyPortugalMoments
* Партнерский материал



