Маленькая сенсация: встретились руководители МИДов Беларуси и Польши. О дипломатическом прорыве говорить рано, однако польский министр Радослав Сикорски поэтично сравнил перспективы нормализации двусторонних отношений с “подснежником, который может расцвести при благоприятных условиях“.
Варшава осторожничает, понимая токсичность минского режима. Поговорив с коллегой Максимом Рыженковым на полях Генассамблеи ООН 22 сентября в Нью-Йорке, Сикорски подчеркнул: “ООН — нейтральная территория“, что позволяет встречаться и с представителями стран, с которыми отношения в других контекстах “не обязательно урегулированы“.
Показательно также, как ответил Сикорски на вопрос, означает ли встреча, что польское правительство признает режим Александра Лукашенко: “Как государство мы признаем другие государства, а не правительства“.
Кейс Почобута — тест для режима
Почему польская сторона пошла на такой контакт именно сейчас? Недавно из поездки в Беларусь без приключений вернулся в Польшу знаковый для нее бывший политический узник Анджей Почобут.
Это рискованное путешествие активиста польской диаспоры было тестом для режима: может ли он держать слово и контролировать свои хватательные рефлексы? Ведь было немало случаев, когда политически неблагонадежные с точки зрения властей белорусы по возвращении на родину попадали за решетку.
Отметим, что минувшей весной само освобождение Почобута сняло один из главных раздражителей в отношениях Варшавы с Минском.
К тому же белорусские власти в нынешнем году свели почти к нулю давление на польскую границу при помощи нелегальных мигрантов (теперь достается Литве и особенно Латвии). Варшава же еще осенью прошлого года открыла два погранперехода, что теперь можно трактовать как своего рода предоплату.
Эти взаимные уступки стали результатом закулисных контактов, начавшихся гораздо раньше. Напомню: Почобута выпустили в рамках сложного шпионского обмена, в котором участвовали спецслужбы и дипломаты семи стран. Приложили руку и американцы.
Вообще можно сказать, что поляки, в отличие, например, от литовцев, сумели использовать диалог между Вашингтоном и Минском, чтобы выстроить и свой переговорный трек с белорусскими властями.
Правда, пока сложно сказать, насколько он окажется плодотворным.
Возможна ли ограниченная деэскалация?
Вряд ли в Варшаве надеются перековать Лукашенко в демократа и поборника прав человека. Уж кто-кто, а господин Сикорски в свое время обжегся на попытке сварить с ним кашу.
В ноябре 2010 года Сикорски и тогдашний министр иностранных дел Германии Гидо Вестервелле приезжали к Лукашенко, чтобы убедить его провести честные выборы. Соблазняли обещанием 3 млрд евро кредитов и грантов от Евросоюза.
Правитель заверил, что выборы пройдут “без сучка и задоринки“. Но 19 декабря последовал разгон Площади, сотни участников протеста, альтернативные кандидаты попали за решетку.
Так что веры автократу давно нет. И еще в июле прошлого года Сикорски заявлял: “Сегодня этот диалог невозможен. Это вина Лукашенко, а не тех, кто хотел бы видеть Беларусь более европейской страной“.
Но пример американцев показал, что путем компромиссов можно как минимум вытащить из застенков режима своих людей. Кроме Почобута удалось освободить, в частности, обвиненного в шпионаже польского монаха Гжегожа Гавела.
Далее, открытие пунктов пропуска Кузница и Бобровники оживило бизнес по обе стороны границы, облегчило ее пересечение обычными гражданами. Получилось вин-вин.
Вдобавок оказалось, что и на нелегальную миграцию договоренности могут действовать сильнее, чем высокий забор.
Иными словами, Варшава, не питая иллюзии насчет природы режима, пробует тактику ограниченной деэскалации в двусторонних отношениях.
В приоритете — безопасность
Сикорски сообщил, что на встрече с Рыженковым обсуждалась тема региональной безопасности. На вопрос, просил ли польский министр белорусскую сторону не разрешать России осуществлять пролеты дронов и ракет через территорию Беларуси, тот ответил: “В том числе“.
К слову, прецедент был: в ночь на 10 сентября 2025 года Беларусь предупредила Польшу, что к ее воздушному пространству приближаются дроны (вероятно, российские), и даже часть из них сбила.
Таким образом, Варшава через этот диалог пытается прежде всего решить проблемы своей безопасности: снизить напряженность на границе, уменьшить миграционное и другое гибридное давление, ослабить военные риски. В общем, добиться, чтобы сосед со сложным характером стал хоть чуточку предсказуемее.
И даже в нынешних условиях наверняка возможно наладить или укрепить взаимодействие между военными, погранслужбами, другими ведомствами двух стран, чтобы повысить степень доверия, успешнее бороться с трансграничной преступностью, решать гуманитарные вопросы.
Подчеркнем, что Польше важно защитить права своей диаспоры в Беларуси. Ее власти вроде как подают сигналы, что могут ослабить прессинг, в частности зарегистрировать опальный Союз поляков (возможно, при смене вывески).
Кремль не даст разогнаться?
Наконец, у обеих сторон есть интерес развивать (а во многом и просто восстанавливать) экономические связи. Согласно данным статистической базы ООН по международной торговле UN Comtrade, с 2019 по 2025 годы
- польский экспорт в Беларусь сократился примерно на 21,9% — с 1,805 млрд до 1,41 млрд долларов;
- польский импорт из Беларуси упал примерно на 84,6% — с 1,213 млрд до 186 млн долларов;
- общий товарооборот сократился примерно на 47,1% — с 3,018 млрд до 1,596 млрд долларов.
Как видим, особенно пострадал белорусский экспорт, двустороннюю торговлю дико перекосило.
Нетрудно понять, что власти Беларуси хотели бы этот дисбаланс устранить, проторить пути для своей продукции на польский рынок, а то и дальше. Кроме того, Минску наверняка хотелось бы через польский трек постепенно размягчить политику всего ЕС в отношении режима.
Но это очень маловероятно как минимум пока идет война в Украине, в которой Лукашенко помогает Кремлю.
Вдобавок Владимир Путин в принципе не заинтересован, чтобы его скользкий союзник расширял пространство для маневрирования на западном направлении.
В Варшаве наверняка понимают все эти обстоятельства. Тем не менее, как видим, решено прощупать, насколько Лукашенко еще сохранил политическую субъектность, способен ли продвигаться хотя бы к скромным целям ограниченной деэскалации.
И новая проверка не за горами — Почобут снова собирается в Беларусь.
