Опубликовано на открытой версии “Позірку“ 11 января 2026 года в 12:27
Мигранты, задержанные польскими службами в декабре 2025 года после обнаружения подкопа под забором на границе с Беларусью
В 2025 году соседние с Беларусью страны ЕС зафиксировали 42.714 попыток незаконного перехода на свою территорию, свидетельствует проведенный “Позіркам“ анализ данных их пограничных служб. Цифра предварительная, она может корректироваться, но несущественно. Уже можно констатировать, что этот показатель уступает лишь пиковому 2021 году, когда разразился миграционный кризис.
68% попыток пришлось на польскую границу, 28,1% — на латвийскую и лишь 3,9% — на границу с Литвой. В целом за 2021–2025 годы зафиксировано 202.068 попыток незаконного проникновения в ЕС граждан третьих стран через белорусскую территорию.
Новая пограничная лексика
В 2025 году в лексиконе ЕС и его отдельных стран к прочно укрепившемуся термину “гибридная атака“, каковой власти соседних с Беларусью государств считают миграционный кризис, c подачи министра иностранных дел Литвы Кястутиса Будриса добавилось словосочетание “комбинированная атака“.
Как ни странно, имея отношение к границе, этот термин уже не был напрямую связан с кризисом миграционным.
Комбинированной атакой литовский министр назвал сочетание запуска с белорусской территории метеозондов с контрабандными сигаретами, которые приводили к неоднократному закрытию вильнюсского (иногда еще и каунасского) аэропорта, с фактическим арестом на территории Беларуси литовских грузовиков.
Последний стал реакцией белорусской стороны на длившееся с конца октября до 20 ноября закрытие Литвой двух остававшихся открытыми переходов пунктов на границе с Беларусью. Оно было заявлено Вильнюсом как ответ на участившиеся запуски метеозондов.
Сейчас складывается весьма запутанная ситуация, когда белорусская сторона и литовская Национальная ассоциация автоперевозчиков LINAVA заявляют о значительном (более тысячи) числе грузовых автомобилей, находящихся на охраняемых автостоянках в Беларуси, в то время как официальный Вильнюс оперирует числами из второй сотни.
При этом Минск настаивает, что дальнейшие переговоры по этому вопросу должны вестись на политическом уровне. 9 декабря Александр Лукашенко огласил некоторые требования для разрешения ситуации.
Литва (по крайней мере публично) пытается избежать этого. Такие контакты, по мнению властей балтийского государства, будут означать легитимацию белорусского режима.
Расширение поводов для санкций и обещания Коулу
На фоне белорусско-литовского противостояния Евросоюз в последний месяц 2025 года ввел новый критерий для включения в санкционные списки “физических лиц, организаций и органов, которые получают выгоду от действий или политики, имеющей отношение к Республике Беларусь, участвуют в них либо способствуют им, если такие действия подрывают или угрожают демократии, верховенству права, стабильности или безопасности в ЕС и его государствах-членах“.
В числе прочего новый критерий охватывает “действия, направленные на вмешательство в работу, повреждение или уничтожение критически важной инфраструктуры, а также масштабные или систематические действия, приводящие к нарушению функционирования такой инфраструктуры“.
Что касается метеозондов, последний раз воздушное пространство над аэропортом Вильнюса было ограничено из-за них 6 декабря, а с 20 декабря прошлого года до 6 января этого их не наблюдалось вообще.
Возможно, это связано с обещаниями Лукашенко спецпосланнику президента США по Беларуси Джону Коулу, которые он дал во время переговоров в Минске 12 и 13 декабря.
Эти переговоры внесли в отношения Минска и Вильнюса новую интригу: после того, как на них было объявлено о снятии Вашингтоном санкций с белорусского калия в обмен на освобождение политзаключенных, в повестку дня осторожно вернулся вопрос возможного транзита удобрений через территорию Литвы с последующей загрузкой в порту Клайпеды, несмотря на сохраняющиеся санкции ЕС.
В то время как президент Литвы Гитанас Науседа утверждает, что американцы такой вопрос перед Вильнюсом не ставят, другие политики балтийского государства данную опцию не исключают, взамен, например, на усиление американского военного присутствия на территории Литвы.
Пока молчит Гаага
В 2025 году не получила ожидаемого развития ситуация вокруг переданных 30 сентября 2024 года правительством Литвы в офис прокурора Международного уголовного суда (МУС) в Гааге материалов о “трансграничных преступлениях против человечности, совершенных Лукашенко и его соратниками в отношении белорусов“. По всей видимости, МУС пока не определился, достаточно ли представленных ему материалов для объявления о начале расследования.
19 мая 2025 года стало известно, что Литва направила заявление еще и в Международный суд ООН. Теперь речь идет уже о нарушении Беларусью своих обязательств в рамках Протокола против незаконного ввоза мигрантов по суше, морю и воздуху от 15 ноября 2000 года, дополняющего Конвенцию Организации Объединенных Наций против транснациональной организованной преступности.
Польша откатила назад без Почобута
Последние действующие погранпереходы на границе с Беларусью в 2025 году закрывала не только Литва. 12 сентября аналогичный шаг предприняла Польша. Формальным поводом послужили начавшиеся в тот день на территории Беларуси совместные с Россией учения “Запад-2025“. Однако в последний день маневров, 16 сентября, стало известно, что Варшава по их окончании границу не откроет. Министерство внутренних дел и администрации страны заявило, что решение о ее закрытии “действует до дальнейшего уведомления и продиктовано заботой о безопасности граждан Польши“.
О возобновлении работы пунктов пропуска (кроме трех, которые были закрыты ранее в рамках санкций против белорусского режима) объявил 23 сентября премьер-министр Польши Дональд Туск. При этом он подчеркнул, что в случае необходимости — если “усилится напряженность или агрессивное поведение некоторых соседей“ — правительство “не будет колебаться“ и закроет границу вновь. На деле ситуация начала развиваться в обратном направлении: 17 ноября возобновили работу пункты пропуска Кузница Белостоцкая — Брузги и Бобровники — Берестовица.
Первый из них Варшава закрыла в ноябре 2021 года из-за миграционного кризиса, второй — в феврале 2023 года после приговора (8 лет лишения свободы) активисту неофициального Союза поляков Беларуси, журналисту Анджею Почобуту.
Накануне открытия активность нелегалов на белорусско-польской границе действительно уменьшилась. Что касается Почобута, то 31 октября Лукашенко, после того как стало известно, что Варшава отложила (в знак солидарности с Литвой) открытие пунктов пропуска, которое планировалось на начало ноября, обвинил Польшу в срыве договоренностей как по упомянутым пограничным пунктам, так и по освобождению журналиста.
Не было Почобута и среди освобожденных белорусским диктатором в декабре политзаключенных по итогам переговоров в Минске со спецпосланником президента США.
Здесь стоит отметить, что 30 сентября министр иностранных дел Польши Радослав Сикорски заявил о продвижении польско-американского диалога по вопросу освобождения всех политзаключенных в Беларуси. Соответствующую публикацию на своей странице в социальной сети Х он сопроводил фотографией переговоров с делегацией во главе с заместителем помощника госсекретаря США Кристофером Смитом, который является одним из традиционных участников белорусско-американского диалога по освобождению политзаключенных в обмен на ослабление санкционного давления Вашингтона. В Польшу в итоге прибыла (из Украины) большая часть политзаключенных, освобожденных Лукашенко 13 декабря в рамках договоренностей между Минском и Вашингтоном.
В начале декабря стало известно, что Польша продлила на очередные три месяца, до 5 марта 2026 года, действие буферной зоны на границе с Беларусью, введенной еще в июне 2024-го.
Заявлялось, что решение “связано с миграционным давлением со стороны Беларуси“. Министерство внутренних дел и администрации отмечало, что буферная зона “служит для защиты государственной границы и борьбы с контрабандистами, которые на польской стороне забирают людей, пытающихся незаконно пересечь границу“.
В то же время можно предположить, что при дальнейшем ослаблении миграционного давления со стороны Беларуси с марта действие буферной зоны будет отменено.
С Латвией стабильно напряженно
На фоне достаточно бурных событий вокруг белорусско-польской и белорусско-литовской границы на границе с Латвией в 2025 году обошлось без особых потрясений, хотя, как отмечалось выше, количество нелегалов, пытавшихся попасть на территорию этой балтийской страны, превысило аналогичный литовский показатель.
Страна сохраняет усиленный режим охраны границы с Беларусью, последний раз он был продлен до конца первой половины 2026 года. 15 октября была введена система предварительной (платной) регистрации въезжающих в Латвию из Беларуси и России транспортных средств.
Именно на границе с Латвией, если верить сводкам белорусской стороны, в последнее время чаще всего обнаруживаются тела нелегальных мигрантов, якобы избитых в соседнем государстве и выброшенных на сопредельную сторону.
29 декабря начальник Государственной пограничной охраны страны Гунтис Пуятс заявил, что нелегальная миграция на границе с Беларусью “неестественного происхождения“, потому изменения режима охраны возможны только в случае, если Минск “решит прекратить это давление“.
Прилеты метеорологических шаров из Беларуси, считает начальник латвийского погранведомства, “являются скорее элементом гибридной атаки, чем средством для перевозки контрабанды“. Пуятс сообщил, что полиция Латвии начала 24 уголовных процесса в связи с этими аэростатами.
Какими будут грани(цы) дозволенного?
25 июля в интервью журналисту американского издания Time Саймону Шустеру Лукашенко выступил фактически с прямой угрозой в адрес соседних стран ЕС в случае гипотетического военного конфликта с Западом: “Мы каждый день, каждый месяц готовимся к войне, чтобы избежать ее. Некоторые говорят, мол, ну чего там, 80–100 тыс. [в Беларуси] армия — какая это армия. Знаете, кто бы мог подумать, что Украина продержится столько против второй армии мира. Поэтому не надо, мы знаем, что делать. Мы извлекли уроки из всех последних войн, и против нас была война, мы соответствующие уроки извлекли. Мы вряд ли победим натовцев, еще кого-то, даже 300 тыс. у поляков будет войск. Наша концепция основана на том, что мы готовы нанести неприемлемый ущерб Польше, Литве, Латвии там, Эстонии, кто против нас будет воевать“.
Подкрепить эту решимость, по всей видимости, было призвано состоявшееся в конце года, если верить официозу, размещение на территории Беларуси российского комплекса “Орешник“, ставшего новостью, сопоставимой с состоявшимся, по утверждению Минска и Москвы, в 2023 году размещением в Беларуси российского тактического ядерного оружия.
Естественным ограничителем в развитии отношений Беларуси с соседними странами ЕС являются санкции, которые могут быть отменены в случае устранения причин, приведших к их введению.
Причем если по вопросу освобождения политзаключенных Минск может действовать более или менее самостоятельно, то по вопросу миграционного кризиса, а тем более поддержки российской агрессии в Украине свобода действий белорусского режима весьма ограничена.
В том числе поэтому Лукашенко действительно радеет за прекращение российско-украинского военного противостояния (максимально на условиях своего “стратегического“ союзника). При контактах с американской стороной белорусский политик (по крайней мере, публично) предостерегает от идеи каким-либо образом “вбить клин“ в союзнические отношения Минска и Москвы.
Таким образом, если американские санкции, возможно, в 2026 году будут и далее сниматься в ответ на освобождение групп политзаключенных и какие-либо иные уступки, то с санкциями европейскими задача посложнее.
Хотя в приоритетах председательства Кипра в Совете ЕС на первую половину 2026 года значится не введение новых, а контроль соблюдения уже введенных санкций в отношении Беларуси за поддержку российской агрессии в Украине, очередные “комбинированные атаки“ могут внести корректировку в этот расклад.
При этом, с учетом далеко не лучших на данном этапе отношений Вашингтона и Брюсселя, гипотетически возможное давление США на своих (бывших?) союзников по вопросу, например, открытия для Беларуси Клайпедского порта и смягчения иных санкций ЕС, может и не иметь желаемого эффекта.
