Минск 17:01

В фаворе угодливые, а несогласным заткнули рот. Кто и когда скажет Лукашенко “всё”?

Александр Класковский
Политический аналитик. Более 20 лет проработал в БелаПАН
Александр Лукашенко с приближенными во второй день VII ВНС. Минск, 25 апреля 2024 года
Фото: пресс-служба Лукашенко

Итак, у Александра Лукашенко теперь еще один титул. По итогам Всебелорусского народного собрания (ВНС) вождь режима возглавил и этот орган. На собрании Лукашенко четко дал понять, что на пенсию не собирается.

“Я уйду на покой только тогда, когда вы мне в какой-то форме скажете: всё. И когда рядом будет стоять человек, который не предаст, который будет идти на баррикады, не боясь. Который не будет считаться ни с чем, даже с собственной жизнью”, — патетично заявил вождь 24 апреля.

“Уходи!” уже звучало

Между тем в 2020-м на Минском заводе колесных тягачей рабочие уже сказали Лукашенко открытым текстом: “Уходи!” В разных вариациях этот лозунг звучал в те дни на многотысячных маршах по всей стране. Однако в трактовке правителя и его пропаганды тогда, после президентских выборов, против режима выступили, мол, лишь некие отбросы общества — наркоманы, проститутки, бандиты.

Впрочем, Лукашенко не раз сам себе противоречил, когда возмущался, что протестовали айтишники, предприниматели: мол, этим-то чего не хватало?

Причем в дни протестов и даже какое-то время после их подавления из уст правителя глухо звучало, что он подумывает-де об уходе. Вероятно, и Москва тогда поддавливала с транзитом.

На предыдущем, VI ВНС в феврале 2021 года Лукашенко был еще под свежим впечатлением того мирного восстания, запальчиво пытался доказать, что он все равно победил. Мол, если губернаторы и подрисовали голосов, то совсем капельку.

Теперь, когда альтернатива закатана в асфальт, правитель ведет себя вальяжно, хоть и выглядит не вполне здоровым. В первый день VII ВНС, 24 апреля, он с удовлетворением констатировал: “Да, здесь собрались лукашисты, врагов здесь нет и не будет!” А после дружного голосования за себя отметил: “Да, в основном здесь, наверное, ябатьки”. То есть ярлыки от политических врагов расценил как своеобразный знак качества.

И вот к этим тщательно отобранным угодливым людям вождь обращает свои наигранные пассажи в духе “уйду, когда вы скажете: всё”.

Он прекрасно понимает, что ни у кого из этой публики не хватит духу так сказать. Даже если кто-то в душе и считает, что человеку, рулящему государством уже почти 30 лет, пора и честь знать.

“Я не цепляюсь за должность — ни одну, ни вторую”

Впрочем, многие из этой публики, надо думать, и впрямь хотят, чтобы Лукашенко правил подольше. Когда иные оппозиционные лидеры заявляют, что весь народ стонет под игом диктатуры, они сильно упрощают картину.

За годы правления Лукашенко сформировался целый класс тех, кто кровно заинтересован в сохранении режима. Это и номенклатурщики, не видящие для себя перспектив в “новой Беларуси”, и силовики (особенно запачкавшиеся кровью), и пропагандисты, и прикормленные бизнесмены. Плюс семейства всех этих деятелей (хотя попадаются и мятежные дети). Плюс еще немало людей с патерналистским мышлением, не слишком способных и предприимчивых, привыкших рассчитывать на казенный хлеб.

И противникам режима важно это осознавать, чтобы не строить иллюзорных планов. А думать, в частности, и о том, как нащупывать точки соприкосновения для возможного диалога с представителями другого лагеря в будущем (хотя иным пламенным борцам эта тема кажется предательством идеалов).

Между тем и номенклатура не однородна. Часть людей системы, особенно те, кто занимается экономикой, наверняка не в восторге от этого дикого репрессняка, который спровоцировал санкции, закрыл торговлю с Западом, вымывает кадры и т.д.

Другое дело, что рассчитывать на заговор в среде белорусской номенклатуры — прослушиваемой спецслужбами, дрожащей от одного взгляда вождя — вряд ли стоит.

Так что Лукашенко может спокойно кокетничать на тему “Я не цепляюсь за должность — ни одну, ни вторую”, как это прозвучало на том же ВНС. Кто возразит?

Впрочем, названное им второе условие ухода — “когда рядом будет стоять человек, который не предаст” — невольно показывает, что крайне подозрительный вождь до конца не доверяет даже ближайшему окружению.

Летят утки дроны из Литвы

Это вообще его картина мира: вокруг враги — от тайных БЧБшников, затаившихся под плинтусом, до перманентно плетущего заговоры “вашингтонского обкома”.

Это видение обстановки в стране и вокруг четко проявилось и в речах Лукашенко на VII ВНС. Во второй день оратор продолжил живописать, как НАТО во главе с США точит зубы на синеокую республику. Он убежден, что на белорусских детей “западные спецслужбы сегодня смотрят как на вербовочный материал”. Бедные дети!

При этом правитель явно польстил оппозиции в ее нынешнем состоянии, заявив, что та, подталкиваемая Западом, готовится захватить Кобринский район.

Глава КГБ Иван Тертель выступил в подобном духе, нарисовав картину масштабного зловещего заговора Запада против Беларуси. В частности, председатель КГБ сообщил, что его ведомство предотвратило удары дронами с территории Литвы по объектам в Минске.

Вильнюс тут же опроверг это заявление. Понятно, что ни одно государство не подтвердит свои тайные операции. Но в этом случае совершенно неясно, зачем литовцам, и так опасающимся российско-белорусской агрессии, накликать беды на свою голову.

Лукашенко сам недавно говорил, выехав на блокпост в Ошмянский район, что по ту сторону границы роют противотанковые рвы. Иными словами, боятся нападения. И при этом соседи-натовцы так безумны, что провоцируют эвентуального противника запуском БПЛА со взрывчаткой?

Точно так же непонятно, зачем украинским спецслужбам науськивать подростков в Барановичах взорвать местный РОВД (это тоже из рассказа главы КГБ). Киев старается не злить белорусские власти, чтобы Минск не втянулся в войну еще сильнее.

Очевидно, что подчиненные Лукашенко люди в погонах усиленно подыгрывают ему, демонизируя Запад, Украину и “беглых”.

Да, те же упомянутые Тертелем “Киберпартизаны” и впрямь способны хакнуть что-то режимное (что время от времени и делают), но при этом подчеркивают, что в любой их операции главное — не навредить обычным людям.

Почему популярны силовые сценарии?

Между тем по версии Тертеля, в Литве радикалы (надо понимать, из числа “беглых”) разрабатывают “планы по заходу для совершения терактов на территории прилегающих к Литве Ошмянского, Сморгонского и Браславского районов”. А на закрытых совещаниях под эгидой польских властей всерьез обсуждается-де создание так называемой белорусской освободительной армии.

То, что в Польше и Литве осело много политических эмигрантов, не питающих теплых чувств к режиму, факт общеизвестный. Но как-то слабо верится, чтобы власти соседних государств НАТО в союзе с этими эмигрантами готовили вторжение в Беларусь. Ведь прекрасно знают, что это союзница ядерной России, к тому же разместившей свое тактическое ядерное оружие и на белорусской территории (чем козырял на ВНС Лукашенко). Полезть, чтобы получить ядерный заряд в свой огород?

Конечно, не стоит всех политических противников режима рисовать этакими непротивленцами злу насилием. Есть и горячие головы.

Многие считают, что именно недостаток жесткости помешал протестовавшим свалить режим в 2020-м. И после поражения протестов силовые сценарии действительно набрали популярность в среде жаждущих смены власти. А уж люди из полка Калиновского и вовсе открытым текстом говорят, что рассчитывают после победы над Россией в Украине пойти освободительным походом на Беларусь.

Но почему эти сценарии популярны? Не потому ли, что в 2020-м кое-кто не захотел уходить вопреки воле огромного числа белорусов? Не потому ли, что своей жестью, скатыванием в тоталитаризм, фактическим уничтожением института выборов в их нормальном смысле, катастрофическим усилением зависимости от России — всем этим режим, как убеждены многие его противники, просто перечеркнул иные варианты трансформации Беларуси?

Многие белорусы ожидают часа Х

Между тем в кулуарах ВНС Лукашенко продолжил рассуждать на тему своего политического будущего. В ответ на вопрос о президентских выборах 2025 года он заявил: “Если они решат, что я должен идти, — я пойду. И если люди решат, что будет другой (не банально, я это искренне говорю), — я соглашусь”.

“Они”, “люди” — очевидно, что по умолчанию имеется в виду лояльная категория. Иным просто заткнули рот, посадили в тюрьму, выдавили в эмиграцию.

Невозможно предсказать, когда, от кого и в какой форме прозвучит “всё” для нынешнего правителя. Это может быть и реплика врача, держащего руку на пульсе. Однако последний звонок может прозвучать и в виде обвала российской опоры режима.

Пока она не шатается, но ведь и Советский Союз казался мощным, а развалился за несколько лет. У путинской же России мировой вес намного меньше, притом что она бросила вызов почти всему передовому, более развитому миру.

Так или иначе, но очевидно, что значительная часть белорусского общества по-прежнему хочет иной политической системы — более человечной — и ожидает окна возможностей.

Лучше, конечно, чтобы трансформация Беларуси пошла через диалог элит. Есть пример польского круглого стола, другие кейсы.

Но если в государстве сломан нормальный механизм смены власти, то не стоит удивляться, если в час Х перемены пойдут не очень комфортным для нынешнего правящего класса путем.

ПОДЕЛИТЬСЯ:
ru