Минск 08:15

КГБ рисует себя всесильным, но занят пропагандой и даже не смог сорвать выборы в КС

Вячеслав Коростень
Обозреватель "Позірку"

Опубликовано на открытой версии “Позірку” 4 июня 2024 года в 17:53

Автозак у здания КГБ в Минске
Архивное фото: tut.by

Комитет госбезопасности является одной из фундаментальных опор режима Александра Лукашенко и немалую долю своих ресурсов направляет на борьбу с политическими оппонентами власти. Однако вопрос об эффективности этой грозной структуры остается открытым.

20 мая Лукашенко провел самые загадочные за последнее время кадровые назначения. Они касались КГБ и, как было заявлено, должны “способствовать укреплению нашей специальной службы”. Судя по опубликованному видео, назначенцы были представлены гаранту лично, их привел с собой председатель комитета Иван Тертель.

Правда, счастливых лиц этих людей не показали, фамилии — не огласили, должности — засекретили. Не назывались и уволенные, и причины решений.

Вместо этого Лукашенко надиктовал тщательно конспектировавшему Тертелю очередную “фетву” о борьбе с внешними и внутренними врагами. С западными диверсионными группами поручено покончить, вооруженного вторжения на территорию Беларуси — не допустить, с “мышкованием типа крышевания” среди людей в погонах — разобраться.

В сухом остатке публичного мероприятия — минимум практической информации и обычная доза антизападной пропаганды.

На это можно было бы не обратить внимания, если не устойчивое ощущение, что по таким же лекалам сегодня работает и сам КГБ.

Тертель вошел в роль генератора страшилок

После событий 2020 года вес силовых структур в белорусской госсистеме ощутимо вырос. Они помогли Лукашенко сохранить власть, за что продолжают одариваться всяческими благами. КГБ на этом фланге — ведущая структура, что бы ни говорили о его паритетном теневом противостоянии с МВД и другими ведомствами.

При этом в поле борьбы с политической альтернативой бывает трудно провести грань между действиями комитетчиков и МВДшников. И те, и другие активно заняты нейтрализацией оппонентов режима. По сути — противодействием внутренним врагам, хотя защита от врагов внешних прописана среди ключевых задач КГБ. Комитетчики участвуют в репрессиях, проводят задержания и обыски, врываются в квартиры.

Всем известный пример — визит в минскую квартиру айтишника Андрея Зельцера в 2021 году, закончившийся стрельбой и жертвами. ИТ-специалист дал отпор сотрудникам КГБ с помощью легального, зарегистрированного охотничьего ружья, о наличии которого те, похоже, даже не знали. Почему к нему не мог нагрянуть один из многочисленных спецотрядов МВД, осталось неизвестным.

О внешних врагах комитет тем не менее регулярно отчитывается. Правда, убедительностью эти заявления не отличаются, а пропагандистская составляющая в них видна без увеличительной оптики. Одним из проводников этой пропаганды выступает лично глава ведомства.

Особая роль была отведена Тертелю, например, во время апрельского Всебелорусского народного собрания.

Иван Тертель
Фото: sb.by

Выйдя к трибуне, тот сделал два заявления, которые вызвали бурную реакцию в зарубежье, хотя фактами подкреплены не были. Председатель КГБ рапортовал об “острых чекистских мероприятиях”, посредством которых были якобы предотвращены удары с территории Литвы боевыми дронами по объектам в Минске и окрестностям. Он же угрожал неназванным “террористам из Украины”, которые якобы засели в Киеве в больницах на улице Богатырской.

В первом случае возник дипломатический скандал и всплыла история с письмом представителя демсил Валерия Сахащика. Причем в той истории сюжет, скорее всего, был придуман в большом желтом здании в центре Минска, а бывший брестский комбриг-десантник купился на приманку.

Во втором случае киевские власти экстренно эвакуировали из названных Тертелем больниц всех “террористов” — в основном женщин и детей, чтобы обезопасить их от предполагаемых ракетных ударов. Заявления главы КГБ они назвали “провокацией врага”.

“Шпионские страсти” по телеку шиты белыми нитками

Пропаганда в понимании белорусских властей немыслима без телевидения, неудивительно, что Комитет госбезопасности использует это ресурс на всю катушку. На ТВ активизирован жанр “разоблачительных фильмов”, которые регулярно выходят в прайм-тайм и демонстрируют все новые блистательные победы над иностранными “диверсионными группами”.

“Банды”, как говорят с экранов, в основном проникают на территорию Беларуси из Украины. Намерения у них, как правило, одни и те же — теракты и диверсии в мирных белорусских городах по заданию Службы безопасности Украины (СБУ).

Правда, задержанными оказываются то банальные украинские контрабандисты, то белорусы сложной судьбы и асоциального поведения, то просто дети. И те, и другие, и третьи больше похожи на людей, которыми легко манипулировать, чем на прожженных агентов иностранных спецслужб.

24 мая стало известно о приговоре героям небезызвестного фильма “Гаспар на связь не вышел” — белорусу Вадиму Паценко и россиянину Алексею Куликову. По тяжелым уголовным статьям (в том числе за “акт международного терроризма”) их приговорили к 21 и 23 годам заключения соответственно. Изначально грозили смертной казнью, хотя теракта они не совершили — на ТВ заявлялось о намерениях. При этом утверждалось, что действовала “террористическая ячейка” по заданию украинского Главного управления разведки (ГУР), а вербовкой занимался “российский оппозиционер” Даниил Кринари (Ковалевский).

Если проследить судьбу этого Кринари, то градус фильма про “Гаспара” несколько снижается. Российские СМИ сообщали, что этот петербургский художник был задержан, как и Паценко с Куликовым, в Гродно, после чего доставлен в Москву. Там его приговорили за “сотрудничество с Украиной” к пяти годам заключения — как-то слабовато для создания “агентурной сети” с целью подрыва стратегических объектов. И почему-то ничего не говорится о причинах суда именно на территории РФ, а не в Беларуси как в случае с таким же россиянином Куликовым.

Если не все, то большинство киновоплощений от КГБ-ТВ допускают как минимум участие самих “чекистов” в формировании основных сюжетных линий, как максимум — полную фабрикацию “шпионских” историй.

И даже если Киев ведет в Беларуси разведывательную работу (что в условиях войны вполне естественно), вряд ли в его интересах устраивать здесь теракты, тем более с закладкой взрывчатки. БПЛА и “Хаймарсы” в таком деле выглядят надежнее. Но при этом независимые эксперты многократно подчеркивали, что не интересах Украины втягивать Минск в войну.

За все время боевых действий СБУ признала причастность лишь к одной операции на белорусской территории. Речь о подрыве в Мачулищах самолета А-50 в феврале 2023-го. И тогда были использованы именно дроны.

При этом объект атаки был российским, он наносил серьезный ущерб обороноспособности Украины. Повредили его аккуратно, без малейшего риска для окружающих. И с большим имиджевым ущербом для хваленых комитетчиков.

Белорусские власти неделю замалчивали инцидент, но в итоге были вынуждены признать собственный провал. Это тогда Лукашенко обиженно назвал президента Украины Владимира Зеленского “просто гнидой”.

“Киберпартизаны” утерли комитетчикам нос

История в Мачулищах — самое громкое фиаско белорусских спецслужб. Но не единственное. Увлекшись сочинительством в медиаполе, комитетчики пропускают встречные удары даже не от украинского государства, а от белорусских инициатив в изгнании.

В конце апреля “Киберпартизаны” заявили, что взломали сайт КГБ. На тот момент, как утверждалось, портал главной спецслужбы Лукашенко не работал уже два месяца. Вскоре после этого анонимные хакеры-борцы выложили в открытый доступ базу обращений граждан в комитет за последние почти десять лет.

Это была без преувеличения информационная бомба. Дивясь уязвимости секретных досье белорусских органов безопасности, любой желающий смог покопаться в огромном (40 тыс.) массиве сообщений, где указаны личные данные отправителей, изложен их интерес и сохранен авторский стиль.

Власти замолчали и эту свою неудачу, а единственный оперативный косвенный ответ прозвучал опять-таки в публичном пространстве. На упомянутом заседании ВНС Тертель заявил, что “Киберпартизаны” готовят атаку на БелАЭС. Безымянные айтишники главу КГБ сразу же опровергли: “Не планируем. И никогда не планировали. Потому что мы работаем, чтобы спасти жизни белорусов, а не их уничтожить. В отличие от режима Лукашенко”.

Слитая база сообщений не только стала на некоторое время одной из главных тем в независимых СМИ, но и добавила перчику выборам в Координационный совет. В числе кандидатов обнаружились несколько писавших в КГБ. Из числа соискателей мандатов их исключили.

Срыв выборов в КС наверняка был еще одной задачей “чекистов”, но и с ней они не справились. Все, что смогли, — кошмарить родственников кандидатов в Беларуси. Миссия уровня участковых. Что не смогли — вмешаться в сам избирательный процесс.

Уголовные дела и кампания запугивания, конечно, повлияли на явку, но и без таких действий активность белорусов на выборах вряд ли зашкалила бы. На то есть причины вне зоны доступа белорусских силовых структур.

Главное именно в том, что кампания прошла спокойно и представительный орган в изгнании благополучно сформирован. Вопреки всем стараниям спецслужб, которые любят демонстрировать свои “длинные руки”, якобы дотягивающиеся до эмиграции в Польше и Литве.

Но одно дело — пугающе вломиться в открытый оппозиционный онлайн-эфир или развести на “сотрудничество” наивного активиста Олега Аксенова, и совсем другое — влиять на действительно масштабные процессы.

Пускать пыль в глаза стало главной заботой?

Для силовой структуры нет ничего странного в том, чтобы решать задачи в медиаполе. В цифровую эпоху это тем более логично, для такой деятельности даже есть специальный термин — ИПСО (информационно-психологическая операция). В российско-украинской войне, например, к таким методам прибегают обе стороны.

Начальник ГУР Минобороны Украины Кирилл Буданов не сходит со страниц мировых медиа, и очевидно, что его публичная миссия состоит не только в информировании. В специфическом амплуа выступает и ряд других украинских публичных персон. Война на этом невидимом фронте ведется ожесточенно, так как это война за умы и сердца.

Но украинцы при помощи ИПСО лишь дополняют другие направления, где достижения вполне материальны. В сложнейших внешнеполитических условиях Киев договаривается о поставках вооружений, атакует дронами российские НПЗ и нефтебазы за многие сотни километров от границы, получает добро на удары западным оружием по объектам в РФ.

Кроме этого, время от времени диверсионные группы действительно совершают вылазки в приграничные российские районы, наводя шороху на местных силовиков. А сеть информаторов на оккупированных территориях помогает уничтожать российских военачальников и высокопоставленных коллаборационистов.

Из всего этого можно сделать косвенный вывод, что у Украины в отношении Беларуси нет воинственных намерений, о которых не устают заявлять Тертель и другие люди с лампасами. Будь иначе, настоящие, а не придуманные ДРГ в сопровождении беспилотников уже давно бы лишили белорусских генералов сна (а то и чего поважнее).

Другой, уже прямой вывод состоит в том, что необходимо сочетать пропагандистскую работу с реальными, практическими делами. Без этого деятельность спецслужбы не может быть успешной. А вот с делами у КГБ, похоже, большие проблемы.

Нет заметных побед у грозной структуры, если не считать таковыми участие в политических репрессиях внутри страны. И даже польский экс-судья Томаш Шмыдт, похоже, оказался не глубоко законспирированным агентом, а случайным залетным перебежчиком.

ПОДЕЛИТЬСЯ:
ru