Опубликовано на открытой версии “Позірку“ 19 июня 2026 года в 20:30
Нынешним летом бессменный правитель Беларуси на диво миролюбив. Не грозит супостатам на Западе, не замахивается на Сувалкский коридор, мягко стелет перед Украиной. И даже о “красной кнопке”, которой так щеголял перед внешним миром, больше не вспоминает. Что случилось? “Крепкий орешек” превращается в миндаль?
В нашумевшем интервью телеканалу “Аль-Арабия” Александр Лукашенко не только извинялся перед украинским президентом Владимиром Зеленским и намекал, что России стоило бы пойти на компромисс в имперской войне. Также он неожиданно выступил за всеобщее ядерное разоружение.
Распространение такого оружия оратор назвал “путем в никуда”, так как “если у тебя есть ружье”, то “оно висит на стене до поры до времени” и однажды может выстрелить.
“Рано или поздно, — добавил, — может возникнуть ядерный конфликт, и планета будет уничтожена. Поэтому я не сторонник того, чтобы страны мира имели это ядерное оружие”.
И подвел жирную черту, чтобы ни у кого не осталось сомнений: “Я за ядерное разоружение. И это должно касаться всех: и России, и США, и Китая, и Израиля, Индии, Пакистана, других стран. Это должно касаться всех“.
Всех — это значит, и Беларуси тоже, хотя ее Лукашенко почему-то не упомянул.
Но почему он вдруг решил так “разоружиться” перед мировой общественностью? Раньше хвастался наличием тактического ядерного оружия, завезенного из России в 2023 году, бахвалился своей непобедимостью. А сейчас, получается, в гробу видал этот “путь в никуда”.
Совместные с РФ учения, звонок Макрона
В принципе, все можно списать на демагогию минского властителя. Ему не привыкать сегодня говорить одно, завтра другое, а послезавтра третье. В умении опровергать самого себя этот политический долгожитель давно достиг олимпийских высот. Однако в этот раз сказанное удивительно вплелось в контекст.
В мае на территории Беларуси прошли масштабные ядерные учения с участием российского контингента. По такому случаю Лукашенко принарядился в военную форму с игрушечными погонами и прилетел на вертолете в Осиповичский район, где проходили маневры. Там он, как сам сказал, “объехал все объекты” и убедился, что “все находятся в хорошем состоянии”.
“Мы готовимся к войне”, — заявил заодно в очередной раз, оговорившись, мол, Беларусь воевать не хочет, но в случае внешней агрессии мало захватчикам не покажется.
Наличие в Беларуси ТЯО остается вопросом дискуссионным. Это такое оружие Шредингера — одни эксперты считают, что оно есть на белорусской земле, другие утверждают обратное. Однако на майские учения боеголовки, по крайней мере, завозились из РФ, и за пределами Союзного государства это не осталось незамеченным.
Громче всех отреагировала Украина: МИД страны осудил “учения двух диктатур”, призвав ввести против соагрессоров новые санкции. Звучали заявления на уровне ведомств и экспертного сообщества из соседних стран ЕС.
А 24 мая — спустя несколько дней после завершения маневров — Лукашенко позвонил президент Франции Эмманюэль Макрон. Словоохотливый белорусский политик спустя время де-факто подтвердил инсайды СМИ, что французский лидер предостерегал его от излишней активности с ядерным оружием. Пригрозив, следует полагать, нехорошими последствиями в случае перехода через “красные линии”.
Внял ли минский адресат макроновскому “сильвупле”, неизвестно. Однако именно с тех пор тему ТЯО он не поднимает.
ВСУ взрывают Москву, Путин молчит
Логичнее, впрочем, предположить, что “приглушить динамик” Лукашенко вынудили иные обстоятельства. Связанные не с далеким, а самым что ни на есть близким зарубежьем. А конкретно — последние события в Украине и особенно в России.
У Кремля с войной в последнее время совсем не клеится. Фронт по большей части замер — знаменитые украинские дроны успешно справляются с “мясными штурмами” противника. Преступные бомбежки Киева и других городов желанного эффекта не приносят — жители Украины вновь приучились спускать в убежища и пережидать налеты. А здесь еще и в родных пределах заполыхало. И не в каких-нибудь, а в целой Москве.
18 июня российская столица была на передовицах всех мировых СМИ. Внимание к ней привлекли опять-таки украинские беспилотники. Почти тысячу дронов выпустили по городу ВСУ, и выглядело это внушительно. Черный дым над Москвой стоял коромыслом, и это коромысло увидел весь мир.
Легко преодолевая дырявую российскую ПВО, БПЛА военачальника Роберта Бровди (“Мадяра”) — “старого знакомого” Лукашенко — атаковали объекты инфраструктуры, в частности, нефтеперерабатывающий завод в Капотне. Досталось торговым центрам, в аэропортах были задержаны сотни рейсов.
С начала полномасштабной войны это была крупнейшая атака на Москву, которая среди прочего нанесла российскому президенту Владимиру Путину мощнейший имиджевый удар. И что же кремлевский альфа-самец? А ничего. Он вообще никак не прокомментировал случившееся. Ровно в тот день Путин был в Казани, посещал саммит Россия — АСЕАН. Говорил с трибуны о поставках в страны Юго-Восточной Азии удобрений и лекарств. Сообщалось, что премьер-министр Лаоса подарил ему двух слонов.
Еще недавно позиционирование РФ в войне было таково, что Украину она рано или поздно продавит, а после сможет открыть роток и на страны Балтии, и на Польшу, и даже на государства Западной Европы. При этом ядерный шантаж прилагался к большинству грозных заявлений Кремля вместе с небезызвестным “Орешником”. В случае чего, дескать, шмальнем так, что “весь мир в труху”.
Но вот шмальнула по Москве Украина — и отчего-то не потянулась рука 73-летнего Путина к “красной кнопке”. Какое-то злодейство в ответ он, конечно, готовит, но не похоже, что самое страшное.
Если о “старшего брата” прилюдно вытирают ноги, а тот молча терпит, пристало ли Лукашенко выпячивать свои крепкие “Орешники”? Не по чину, не по уму, да и просто страшно. В конце концов в Беларуси также есть объекты, работающие на российскую агрессию в Украине.
По подсчетам “Мадяра”, таких объектов около 500. А Зеленский, когда этот текст уже писался, и вовсе дал белорусскому автократу неделю на то, чтобы тот постарался и прибрал с белорусско-украинского пограничья ретрансляторы для наведения российских дронов. “Если он это не сделает, сделаем мы“, — увесисто добавил украинский президент.
“Бомба в три раза мощнее, чем в Хиросиме и Нагасаки”
За те несколько лет, что Лукашенко носится с ядерным оружием, он наговорил про свое “вундерваффе“ с три короба. В том числе и так, чтобы потенциальные враги боялись даже взглянуть в сторону могущественной Беларуси.
Например, 9 мая 2024-го он заявил в связи с началом проверки носителей ТЯО: “У нас есть самолеты для того, чтобы нести ядерный боеприпас в виде бомбы. У нас есть подготовленные ребята. А что касается ракеты “Искандер”, которую перехватить невозможно, они вообще неуязвимы. Поэтому мы им говорим: ребятушки, успокойтесь, у нас есть все”.
Годом ранее в интервью российской пропагандистске Ольге Скабеевой также неплохо разошелся: “У нас ракеты и бомбы, мы получили от России. Бомба в три раза мощнее, чем в Хиросиме и Нагасаки. Там больше 80 тыс. [человек] мгновенно погибло, 250… от одного удара. А эта одна бомба в три раза мощнее. Это… ну я не знаю… под миллион человек погибнет сразу”.
Тогда же он уверял, что это по его личной просьбе ТЯО прибывает в Беларусь, что Путина об этом он “не просто просил”, а “уже требовал”.
Прошло три года — и ядерного пафоса в речах 71-летнего стратега заметно поубавилось. О “неуязвимых “Искандерах” и “подготовленных ребятах” он не вспоминает. Ни когда в Беларусь массово залетают чужие беспилотники, ни когда в Брянской области под смертельную атаку попадает автобус с юными футболистами. Ядерное оружие его больше не вдохновляет, милее теперь всеобщее разоружение.
И в целом Лукашенко перестал топорщить ус в своих высказываниях о российско-украинской войне. Нет уже той воинственности и заявлений о неминуемой капитуляции Киева, риторика все больше осторожная, примирительная и местами даже очень адекватная. Как вот накануне, в рассуждениях о возможном вовлечении Беларуси в боевые действия: “Мы просто будем смертниками”.
Умелец по части политического выживания, “смертником” белорусский правитель быть не хочет. Его маневр сегодня зажат между слабеющей Россией, окрепшей Украиной и по-прежнему неуступчивой Европой. Его цель — и это уже вполне очевидно — выскочить из этой тесноты, по возможности с минимальными потерями. Получится ли — и с минимальными ли — поглядим.
